Правильная ссылка на эту страницу
http://az-design.ru/Projects/AzBook/src/005/03GJ1900.shtml

Глава 19. ПЛАНИРОВАНИЕ

Введение

       При ознакомлении с данной книгой проницательный читатель отметит, что одним из ее достоинств является возможность начать изучение той или иной главы без рассмотрения материала предыдущих глав; при этом нить рассуждений автора не будет утеряна. Возможно, это просто учтивый читатель, хотя автору хотелось бы думать, что концепция цикла проектирования систем, отражая непрерывно идущий процесс проектирования, действительно играет активную роль в структуре книги. Читателю следует ясно осознать, что, как и во всех подобных процессах, функции процесса проектирования систем действуют одновременно. Невозможно сказать, где начинается и где кончается этап определения проблемы, когда этап реализации можно считать законченным и уже можно приступать к планированию следующего цикла проектирования. Именно поэтому глава “Планирование” помещена в данном месте книги. Как сразу же станет очевидным, планирование означает гораздо больше, чем просто предсказание. Иногда планирование отождествляют непосредственно с процессом проектирования системы. Теория планирования дает возможность более глубоко исследовать проблему проектирования систем. Вопрос о планировании поднимался в гл.16 в связи с вопросом о достижении согласия. Специалисты по планированию являются экспертами особого типа (эксперты и экспертиза обсуждались в гл.17).

Обзор основных аспектов планирования в связи с проектированием систем
       Существует обширная литература, посвященная вопросам планирования и связанным с этим проблемам. Наша цель будет ограничена рассмотрением современных тенденций в области планирования и иллюстрацией того, как они сочетаются с проблемой проектирования систем. На Западе многие связывают планирование исключительно с социалистической политической системой, в которой экономика и производство находятся под управлением государственных органов. В США одной из форм общенационального экономического планирования является децентрализованный подход. При этом преобладает точка зрения, что система конкуренции, базирование экономики на невмешательстве государства, принцип “невидимой руки” Смита могут выводить экономику из постоянно повторяющихся кризисов. В современном сложном мире, где международные события оказывают влияние на события внутригосударственные и наоборот, абсолютно несерьезна вера в миф и магическую силу “невидимой руки” — механизма, который якобы позволит разрешить все проблемы. Планирование необходимо и обязательно. Для тех же, кто опасается наличия принципиальных противоречий между планированием и свободой1){В этой главе термин “свобода” употребляется в различных смыслах, за исключением его главного социально-экономического и политического значения — отсутствия эксплуатации, присвоения результатов чужого труда. - Прим. peд.}, будут приведены убедительные аргументы в пользу того, что таких противоречий нет. Более того, будет показано, что конкретная форма проявления свободы непосредственно связана с предположениями, имеющимися у создателей системы планирования.
       Вначале мы дадим обзор четырех направлений развития теории планирования. Затем будет проведено сравнение традиционной механистической теории с современной общесистемной теорией планирования. Будут также обсуждаться и другие концепции, такие, как эволюционная теория, бихевиоризм по Скиннеру и кибернетический подход Бира. В заключение будет показано, что свободу действий можно планировать и что такое планирование является законным объектом рассмотрения теории проектирования систем.

Основные традиционные направления теории планирования
       В работе [1] дан обзор развития главных, направлений теории планирования как самостоятельной области науки, начиная с 1930 г.
       Планирование понимается как деятельность по обеспечению “связи между знанием и организованным действием” [2]. Рассмотрим следующие традиционные направления: 1) философский синтез; 2) рационализм; 3) развитие организации; 4) эмпиризм.

Философский синтез
       Авторы, придерживающиеся данного направления, обычно выходят за рамки сферы своей деятельности и стараются сформировать “интегральный взгляд на планирование как на общественный процесс”. Начиная с 30-х годов Мангейм [3] рассматривал планирование прежде всего как “образ размышления” и, следовательно, проблема планирования “вращалась вокруг возможности достижения исчерпывающего общественного знания”. Дебаты по вопросу о возможности совместимости свободы действий с планированием и рациональностью привели к возникновению двух противодействующих лагерей. Первый составляют те, кто, подобно Мангейму, “верит в способность разума постигнуть социальные реалии и привести к усилению человеческого духа”. Второй лагерь составляют последователи Хейека [4] и Поппера [5], которые не верят в возможность человека определить, где кроется общественное благо и кто именно боится возможных покушений на индивидуальные свободы со стороны центральных механизмов распределения. Дебаты между приверженцами планирования и сторонниками свободы не новы, они продолжаются и по сей день. Считается, что следующие авторы придерживаются направления философского синтеза, являющегося междисциплинарным по своей природе:
       1. Дал и Линдблом [6] используют понятие “расчлененного инкрементализма”— процесса формирования решения, в котором особое внимание обращается на учет малых колебаний около известных решений. Считается, что “расчлененный инкрементализм” схож с процессом субоптимизации —“процессом достижения почти оптимальных целей путем почти оптимальных затрат” [7]. Акофф охарактеризовал подобное отношение к планированию как “неактивное” [8]. Данные вопросы обсуждались в гл.13.
       2. Эциони представляет себе планирование как процесс, в котором управление со стороны общества и согласие членов общества должны быть оптимально сбалансированы. Рис. 19.1 иллюстрирует классификацию, предлагаемую Эциони.

       Считается, что инертное и высокоцентрализованное общества... связаны с относительно высокими уровнями общественного отчуждения. Активные и пассивные общества в меньшей степени подвержены отчуждению, однако пассивные общества принимают существующее положение, а активные общества обнаруживают как желание, так и способность к достижению своих целей [9].


Рис. 19.1. К теории планирования Эциони [1, 9]. (С разрешения Journal of the American Institute of Planners.)

       3. Эциони предвидел новую волну 60-х годов, когда напланирование смотрели как на процесс психологического развития, как на форму “общественного познания”. Основной акцентделали на “личные контакты как главное средство общения между техническими экспертами и заказчиками”. Считается, что научные .и технические знания органически соединяются с личными знаниями человека в “процессе взаимного обучения” [10]. Райе [11], а также Эмери и Трист [12] рассматривают планирование в связи с социотехничёскими системами и социо-техническим анализом, а Фридман — как достижение компромисса [13].
       Фридман выделяет четыре возможных типа планирования: а) управления, б) стратегий, в) групповое и г) осуществляемое непосредственно заинтересованными лицами. Фридман выражает “органический взгляд на общество”, построенное на основе “ячеистой иерархии сообществ, с небольшими рабочими группами в качестве основы каждой ячейки... Движение вперед осуществляется благодаря деятельности этих рабочих групп. Они вербально обрабатывают большие количества информации, передавая сообщения о своих потребностях последовательно на все более высокие уровни управления” [14].
       Такому взгляду на общество может быть противопоставлена точка прения Белла, согласно которой услуги, информация, досуг и больший приоритет неформального процесса формирования решений по сравнению с формальным доминируют среди ценностей общества [15].
       4. Янч описывает процесс планирования как имеющий “по крайней мере следующие составляющие:

       — горизонтальную (связанную с различными концептуальными положениямисистем, с различными взглядами и отношениями, нашедшими в них своеотражение);
       — вертикальную (имеющую отношение к различным уровням рассуждений,что эквивалентно разным уровням синтеза в планировании);
       — временную и причинную (обусловленную различными диапазонами времени);
       — активную (связанную с полным процессом рациональной созидательной деятельности — от идеи к ее воплощению) [16].

       5. Акофф классифицирует отношение к планированию, исходя из принадлежности к одной из школ: инактивизму, реактивизму, преактивизму и интерактивизму [17].

       Инактивисты удовлетворены существующим положением дел и путями дальнейшего развития... [Они признают использование управления лишь в кризисных ситуациях] и проповедуют концепцию “осуществимости” как основной критерий выбора средств.
       Реактивисты предпочитают предшествующее состояние настоящему. Они полагают, что многие вещи, будучи и без того плохими, делаются все хуже и хуже. ... Они стараются воссоздать прошлое путем уничтожения той путаницы и беспорядка, которые, по их мнению, являются неизбежным результатом планирования [18].
       Преактивисты... планируют на будущее; они не планируют собственно будущее... Преактивисты полагают, что будущее по самой своей сути неуправляемо, но они могут ускорить его наступление и управлять полученными результатами в соответствии со своими потребностями.
       Про интерактивистов нельзя сказать ни то, что они чем-либо удовлетворены, ни то, что они стремятся что-либо оптимизировать. Скорее они идеализируют положение вещей. Они планируют улучшить что-то в, будущем, но не планируют получить лучший результат, который можно было бы достигнуть сейчас [19].

       Как отмечает Акофф, из данных четырех подходов к планированию лишь последний отчасти согласуется с положениями общей теории систем.

Рационализм
       Рационализм рассматривает планирование как способ формирования решений, когда “решения предшествуют действиям”. В этом случае имеет место пошаговый процесс обоснования выбора целей, стремлений, вариантов, последствий и результатов. Данный способ планирования известен как метод планирования по наилучшим возможным результатам. Представляется странным, что данный подход, который одновременно является и достаточно простым, и удовлетворяет высоким требованиям по строгости, мало распространен в настоящее время.
       Как мы неоднократно предупреждали, при проведении процесса планирования необходимо учитывать психологические особенности участвующих в нем лиц и достижение между ними согласия. Неоднократно подчеркивалось, что существует опасность создания моделей планирования [20], не адекватных социальным реалиям и игнорирующих человеческий фактор. Анализ решений и применение общей теории систем позволяют преодолеть ряд трудностей, возникающих на пути развития данного направления. Дрор [21] является поборником первого подхода, а Озбекхен — сторонником использования общей теории систем,

Развитие организации
       Беннис признан наиболее ярким представителем данного направления, которое иначе называют “профессиональной динамикой” [22]. Сторонники направления организационного развития считают свое направление методом планирования, посредством которого организационные изменения вызываются агентами, внешними по отношению к системе. Эти агенты стремятся достичь “улучшения компетентности”, “сдвигов в системе ценностей”, “улучшения взаимопонимания членов рабочих групп” и “установления атмосферы сотрудничества”. Организации также рассматриваются как социотехнические системы, в которых “поток организационных изменений есть процесс обучения, направленный на формирование сознания и поведения членов организации” [23].

Эмпиризм
       Существует два основных течения в теории планирования, ключевым моментом исследования которых является вопрос, как же в действительности функционируют крупномасштабные политические и экономические системы. Внимание представителей первого течения (интересного прежде всего для экономистов) концентрируется на изучении проблем общенационального, центрального планирования и т.д. Предметом исследования сторонников другого течения являются вопросы, связанные с урбанизацией в США. Здесь важны попытки объединить политические аспекты теории планирования с историческими, описание с предписанием, сложность вопроса с нейтральностью ценностей. “Эволюционное экспериментирование”— понятие, рассматриваемое в работе [24] как объединение этических и социальных исследований, схоже с “биологической эволюцией”. В соответствии с этой концепцией центральным является положение современной школы эмпиризма, согласно которому в планировании должны быть объединены строго рационалистические и человеческие компоненты.
       Итак, в каком направлении должно идти развитие современной теории планирования, если принимать во внимание указанные четыре подхода? На следующих страницах мы постараемся дать ответ на данный вопрос. В этой связи общесистемная теория планирования будет противопоставлена традиционным механистическим воззрениям, понятия и методы которых проистекают в основном из школы рационализма.

Общесистемная теория планирования
       В табл. 2.1 мы сравнивали свойства систем, характерные и существенные для аналитико-механистического и системного подходов. Мы ссылались, в частности, на важное различие между открытыми и замкнутыми системами и вытекающими отсюда последствиями. Для осуществления успешного проектирования социальной системы необходимо учесть, что такой компонент, как общение людей, присутствует в сложных открытых системах даже при высоком уровне автономности подсистем, где превалируют истинно кибернетические эффекты.
       Как и проектирование систем, планирование является процессом решения задач, встающих перед социальными системами. Планирование уже было определено как

       Метод частичного упорядочения и уменьшения степени существующей сложности [25].
       Организация прогресса [26].
       Целенаправленный процесс формирования решений [27].

       Читатель может найти и много других определений планирования. Весьма вероятно, что единственное реальное различие между планированием и проектированием систем (как оно понимается нами) состоит в определенной ориентации планирования на будущее, и в его симбиозе с управлением: подразумевается, что планирование и управление обычно пронизаны одним духом. Их связь имеет место, например, тогда, когда планирование “функционирует так, чтобы оказать противоразрушительное влияние в случае угрозы возникновения в метасистеме неполадок и неустойчивости” [28]. Читателю, быть может, не понравится употребление слова “метасистема” в данном контексте, но мы надеемся, что нижеприведенные объяснения внесут ясность.
       Озбекхен лучше других современных авторов уловил различия между ортодоксальным, или традиционным, взглядом на планирование и “новыми веяниями”, основанными на принципах общей теории систем. В табл. 19.1 проведено сравнение данных точек зрения на планирование.

Таблица 19.1. Сравнение традиционного, или механистического, подхода с общесистемным подходом к планированию [25]. (С разрешения автора и OECD.)

  Традиционный, или механистический, подход к планированию Общесистемный подход к планированию
Процесс планирования как система Замкнутая система, которая воздействует на другие системы и подсистемы, за исключением окружающей среды Открытая система, которая воздействует на все множество систем, включая окружающую среду
Метасистема Окружающая среда, которая находится вне рамок теории и практики планирования Экосистема, включающая все системы, в том числе окружающую каждую систему среду и процесс планирования
Цель планирования Решение конкретных задач путем выбора допустимых вариантов Модификация системы ценностей и окружения системы для достижения соответствия между ними
Метод Решение задач; при этом большее внимание уделяется средствам, а не конечным результатам; разработка последовательных программ для преодоления кризисов Организация процесса изменений, вводимых в систему: переход от того, что есть, к тому, что должно быть
Подход Формирование планов на уровнях формирования стратегий и реализации стратегий в организационной иерархии

Нормативный подход к прогнозированию будущего; основной акцент делается на выбор системы ценностей и на задание целей на уровне формирования стратегий в экосистеме

Цели Устанавливаются вне процесса планирования, находятся под влиянием императива возможности Цели определяются исходя из стандартов ценностей, и стремлений и соответственно контролируются
Будущее Основой является “логическое” начало, т.е. расширение существующей ситуации; линейные детерминированные модели, выводимые из настоящего; учет технологических возможностей Исходят из “желаемого”, т.е. из того, что не может быть выведено из настоящего и должно быть либо постулировано, либо придумано; нелинейные много-параметрические модели, не связанные с настоящим; рассмотрение вне существующих технологических возможностей
  Традиционный, или механистический, подход к планированию Общесистемный подход к планированию
Прогресс Индивидуальная полезность Общественная полезность
Стандарты или ценности Желания — основа человеческой деятельности, объективность — основа науки и полезность — основа технологии Достижение экологического баланса способствует реализации обобщенных решений, уменьшающих энтропию и организующих экосистему на более высоком уровне
Проверка стандартов Индивидуальная, т.е. обращение к личному опыту Общественная, осуществляется эмпирически по мере прогресса

       Традиционно планирование рассматривается как процесс формирования “напряженных” планов для достижения конкретных целей. Естественным является представление организации как иерархически организованной системы, имеющей уровни формирования решений и стратегий и уровни реализации этих стратегий и решений. Цели, достижению которых служат планы, формулируются на так называемом уровне формирования решений, причем этапы постановки целей и реализации планов — это отдельные этапы достижения целей. Таким образом, реализация планов является процессом, отличным от процесса установления целей, на достижение которых эти планы направлены. Более того, цели обычно находятся под влиянием императива возможности и являются определенной “логической экстраполяцией” существующего положения, т.е. можно сказать, что это как бы “логическое будущее”. По-видимому, браться можно лишь за достижение технологически осуществимых целей. Лучше всего иметь дело с явлениями, допускающими линейную модель и прогнозирование своего развития. Если исходить из традиций протестантской морали и конкурентной системы свободного предпринимательства, решения считаются “прогрессивными” в той мере, в какой они служат целям индивидуума. Общественные нормы определяются исходя из опыта индивидуумов. Как замечает Озбекхен, “объектом ценности может быть общество, но восприятие ценности и ее обоснование осуществляется... личностью”. Он называет это “таинством эмпирической проверки” [29]. Таким образом, хотя мораль является чисто индивидуальным феноменом1){Мораль является таковой лишь с точки зрения прагматизма — господствующего течения в американской философии. — Прим. ред.} и действия оцениваются исходя из личных критериев (норм) добра и зла, мы иногда ссылаемся на то, что именно желания управляют действиями человека и формируют общественные связи вообще. Более того, полезность также считается нормой, лежащей в основе технологии в том смысле, что с ее помощью каждый стремится достичь такой цели, как “разрешение проблемы дефицита путем массового производства и накопления богатства” [30]. Если изобилие является для нас главной целью, то очевидно, хотя и не может не вызвать иронии, что существующие планы не дают ожидаемых результатов, о чем свидетельствует наличие дефицита во многих областях.
       Основная причина неудач планирования состоит в рассмотрении системы изолированно от ее окружения. Согласно общепринятому взгляду на планирование, окружение рассматривается как метасистема, т.е. система, которая находится вне других систем, система более высокого уровня, содержащая остальные системы как подсистемы. Уже подчеркивалось, что удаление окружения из рассмотрения может сделать несостоятельным формирование плана в целом, приводя к cубоптимизации и локальному неустойчивому равновесию, которые никогда не решат задачу полностью [31]. Одной из основных предпосылок общей теории систем является утверждение методологической несостоятельности и внутренней некорректности решений, не учитывающих все системы, присутствующие в рассматриваемой ситуации. Такие решения возможны лишь для частных задач.
       Так, если наши интересы обращены к водным ресурсам Калифорнии, было бы ошибкой считать океан лишь резервуаром для стока воды и исключить его из числа систем, которые должны быть приняты во внимание. Конечно, океан находится вне географической или политической юрисдикции штата. Однако любое решение, не учитывающее активного влияния океана, приведет к ошибочным заключениям. Приведем еще один пример. Системный подход к проблеме обеспечения энергией должен учитывать все известные способы производства энергии, а также предусматривать открытие новых способов ее производства. Итак, основываясь на системном подходе к планированию, мы должны оперировать всем многообразием систем, включая и окружающую среду, и само планирование. Оригинальной идеей Озбекхена как раз и является рассмотрение планирования как системы — части экосистемы, объединяющей в себе все системы. Согласно данному автору, планирование является открытой системой, воздействующей на свое окружение и на другие системы и испытывающей, в свою очередь, их влияние. “Планирование порождает изменения” путем энергетического и информационного обменов с другими системами. Если экосистема способна привносить в себя энергию и уменьшать свою энтропию, то она сможет обрести более высокий уровень организации, или “экологический баланс”. Достижение этого и является основной целью экосистемы. Изменения должны рассматриваться сквозь призму эталонов, т.е. они должны быть направлены на замену того, что есть, тем, что должно быть.
       Озбекхен считает необходимыми изменения в следующих системах:
       1) общем окружении, включающем системы человек—общество, жизнь — природа, предметы потребления — технология;
       2) планировании и его составных частях;
       3) ценностях, направляющих эти изменения.
       Помимо формализации механистического подхода к планированию на основе общей теории систем заслуга Озбекхена состоит в предусмотрении им возможности смены направления планирования, изменения относительной ценности эталонов, изменения целей в соответствии с нашим желанием. Таким путем мы изменяем не только окружение, но также и собственно систему ценностей для “достижения гармонии этих двух компонентов” [32]. При нормативном подходе к прогнозированию будущего акцент делается на выборе ценностей, которые удовлетворяют моральному и социальному императивам. Первый связан с этическими стандартами поведения, второй — с решениями, отвечающими общественной выгоде. Данные аспекты уже были определены как этические аспекты систем [33].
       Озбекхен подчеркивает необходимость разработки и поиска стандартов, которые, образно говоря, находятся выше их сиюминутной реализации и могут быть теми идеалами, к которым мы должны стремиться. Совместно с Дюбо Озбекхен мысленно видит существование “желаемого будущего” — будущего, которое еще не может быть изображено отчетливо, не является линейной экстраполяцией настоящего и лежит вне современных технологических возможностей [34]. Планирование, таким образом,— это разновидность интеллектуальной системы, призванной претворить планы в жизнь. Для осуществления этого требуются не только изменения в технологии, но и изменения во всех аспектах реальной жизни. Системный подход к модификации “современного опыта” предполагает учет экосистем, стремление к экологическому балансу, необходимые изменения в “биологическом, физиологическом, физическом, психологическом, этическом, религиозном, технологическом, экономическом, политическом, национальном, международном, социальном, интеллектуальном” измерениях реальности [35].
       Начало процесса установления иерархии эталонов, к достижению которых должна стремиться экосистема, введенная в рассмотрение Озбекхеном, было описано Акоффом. Он считает, что “идеальному обществу” свойственны четыре функции: 1) политико-экономическая, отражающая стремление к изобилию; 2) научная, воплощающая стремление к знанию — истине; 3) этическая, что означает стремление к добру; 4) эстетическая, отображающая стремление к прекрасному.
       Акофф замечает, что истина, добро и прекрасное издревле составляют известную триаду, к ней еще следует добавить изобилие. Однако “изобилие принесло с собой некоторые потери в области этики и эстетики” [36].
       Вновь обратившись к табл. 19.1 и к оригинальным научным трудам, на которых основываются данные подходы, читатель вправе задать такой вопрос: как же произойдут эти массовые изменения в стандартах общества? Теория управления динамическими системами, описанная в предыдущей главе, дает отчасти ответ на поставленный вопрос. Дальнейшее проникновение в суть вещей лежит на пути “планирования плана”. Мы рассмотрим четыре подхода к планированию1){В указанных ниже четырех подходах к планированию не учитывается та социологическая, социально-экономическая теория, которая отображает соответствующий социальный организм (или организацию) и лежит в основе процесса планирований, — прим. ред.}, которые не обязательно находятся на противоположных краях спектра возможных в принципе подходов, но различаются методологически.
       1. Первый подход сформирован Ласло и отражает взгляды тех, кто интерпретирует эволюционную теорию на основе общейтеории систем.
       2. Второй подход исходит из бихевиористских взглядов Скиннера.
       3. Третий подход, развиваемый Биром, рассматривает планирование и привносимые им изменения с точки зрения кибернетики.
       4. И наконец, подход, исходящий из технологической оценки.

Эволюционная теория планирования
       Когда естественные системы вступают во взаимодействие с другими системами, либо выявляется их несовместимость, и тогда взаимодействие систем прекращается, либо достигается гармония, что приводит к их координированному функционированию; в последнем случае могут быть сформированы новые общие линии поведения [37]. Взаимодействие систем может вылиться и в совместные усилия по достижению цели, и в возникновение новой системы, более сложной, чем составляющие ее компоненты. Таким образом, можно говорить об эволюции, посредством которой две различные сущности объединяются в одну, более сложную. Имеет место “постепенное усовершенствование” определенных функций системы и ее откликов путем достижения большего порядка, объединения усилий, повышения сложности и индивидуализации. Наблюдаем ли мы эволюцию космоса, вида или организации, динамические силы взаимодействия приводят в результате “к появлению систем, обладающих большей сложностью”. Системы реагируют на воздействия, приходящие от других систем; путем обменов и внутренних преобразований возникают новые типы формирований, которые могут объединять сложность и стабильность, что является залогом их самосохранения. Социальные системы, подобно органическим системам, обязаны своей живучестью способности приспособиться к окружающей их среде. Они отвечают на воздействия, угрожающие их существованию, путем самосовершенствования, которое часто выражается в иерархизации и в переходе к более сложным системам. “Системы связаны с другими системами и в совокупности образуют сверхсистемы”. Можно предположить, что такая эволюция является результатом реализации плана более высокого порядка. Именно в соответствии с этим планом происходит переход от “множественности и хаоса к единству и порядку”. Современная наука трактует процесс реализации такого плана как естественнонаучный процесс. В этом процессе Природа не имеет своей собственной конкретной цели, но в нем сложность структуры является естественным результатом преобразований систем, происходящих при их взаимодействии.
       Развитие начинается снизу, от систем низкого уровня, и протекает без влияния каких-либо высших авторитетов или систем, определяясь лишь своей предысторией. Таким образом, развитие есть процесс, с одной стороны, предопределенный, а с другой — открытый. Как указывает Ласло:

Для того чтобы выжить, необходимо адаптироваться, а это предполагает движение в определенном направлении. Существует свобода в выборе пути развития, но эта свобода ограничена рамками совместимости с динамической структурой целого [37].

       Теория эволюции, как это видно, может быть использована для объяснения возможности и путей достижения согласованности изменений в системе ценностей и в состоянии окружения. Традиционные системы ценностей ставятся под сомнение теми, кто считает их устаревшими, не соответствующими реальности, не гибкими. В том случае, когда таких сомнений достаточно для преодоления естественной осторожности общества к нововведениям, могут возникнуть новые нормы, по-новому упорядочивающие поведение и структуру экосистемы. Для того чтобы быть эффективным, поиск возможностей для нововведений должен охватывать все стороны реальности, а не только ее простейшие аспекты, связанные с технологией. В то же время целенаправленные изменения в окружении, рассматриваемом в настоящее время как неотъемлемая часть системы в целом — экосистемы, будут также способствовать адаптации системы к изменению ее формы. Для того чтобы точка зрения Озбекхена на гармонию стандартов системы и ее окружения выглядела достаточно реально, эти стандарты должны претерпевать систематические изменения в результате эволюции и воздействия процесса планирования.
       При выяснении той роли, которую играет окружение в реализации изменений, представляет интерес подход, предложенный Скиннером, который является предметом острых дискуссий.

Бихевиоризм как теория планирования
       Скиннер предлагает концепцию “оперантной обусловленности” (operant conditioning) в качестве “технологии поведения” [38] для совершенствования нашего мира. Человек часто испытывает на себе суровое воздействие со стороны естественных и искусственных систем окружающего его мира. Природа заставляет человека бороться за выживание. Человек завоевывает для себя право не быть голодным и бедным путем изменения окружающей его среды.
       Как мы “освобождаем” потенциальных малолетних правонарушителей от влияния на них окружения, побуждающего к антиобщественным поступкам? Рецидивы правонарушений свидетельствуют о том, что, по-видимому, не на пути ужесточения наказаний лежит решение проблемы. В первую очередь необходимо изменить окружающую человека среду, а не личные качества индивидуума. Скиннер отвергает то мнение, что доброта, честность и т.д. связаны с внутренним “я” человека. “Поведение формируется и поддерживается своими же последствиями”. Поведение как процесс, протекающий в окружающей среде, приводит к определенным специфическим последствиям, которые непосредственно связаны с условиями, сопутствующими протекающему процессу. Данные последствия, отражающие определенные аспекты порождающего их окружения, называются возможностями. Люди не ведут себя хорошо лишь потому, что они хороши сами по себе. Поведение людей строго определяется имеющимися возможностями. Скиннер не доверяет концепции “автономного человека”, от “свободной воли” которого зависит его поведение. Предметом исследования как раз и является мир с надлежащими возможностями и окружением, условия которого таковы, что порождаемое им поведение уменьшает вероятность совершения правонарушений.
       Возможности могут быть положительными или отрицательными в зависимости от того, усиливают они или ослабляют порождаемое поведение. Они могут быть также названы пресекающими или поощряющими. Пресекающие возможности “используются для того, чтобы заставить людей не вести себя так, как они предполагали”. Поощряющие возможности служат для стимулирования людей придерживаться задуманной ими линии поведения. Скиннер предлагает воздействовать на окружение либо путем изменения условий в нем, либо путем изменения возможностей, либо сочетать оба способа воздействия. Таким образом, он предлагает “смягчить пресекающие свойства окружения” и тем самым увеличить свободу индивидуума. Модификация окружения уже привела к увеличению свободы от физиологических потребностей путем совершенствования управления физическим миром. Подобно этому можно изменить и иные внешние условия для того, чтобы освободить индивидуум от стимулов, угрожающих другим сторонам его жизни и свободы. Скиннер стремится к увеличению “негативной свободы”, т.е. к уменьшению вторжения извне в личную жизнь. Теория Скиннера не помогает разрешить противоречия, состоящего в том, что планирование и свобода не согласуются друг с другом. Его взгляды лишь подогревают то мнение, что оперантная обусловленность может привести к “деспотичному управлению тех, кто будет пытаться захватить власть и использовать ее в своих собственных интересах” [39].
       Сам Скиннер, однако, говорит, что в его модели мира усиление управления не обязательно ведет к уменьшению свободы. Скорее свобода порождается “управлением, осуществляемым на основе .более рационального устройства окружающей среды”, где нежелательные последствия поведения могут быть устранены или по крайней мере сведены к минимальным. “Мы должны спроектировать систему культуры, в которой никто не может оказаться... в положении”, чреватом возможностью деспотического использования существующих сил. Появление соответствующей культуры является результатом процесса естественного отбора, процесса, ответственного за эволюцию систем в направлении большей сложности и упорядоченности. Согласно Скиниеру, “будущие мутации определяют результирующую систему”. Искусственный отбор играет видную роль в развитии общественных отношений, которые будут управлять поведением людей в отдаленном будущем. Благодаря оперантной обусловленности и естественной “эволюции культур... мы достигли точки, в которой “хорошая культура” имеет больше шансов на выживание, чем “плохая культура”.
       Интересно, что трактование Скиннером свободы как функции условий, превалирующих во внешней среде, в некотором смысле схоже с нашей аргументацией. Автор книги считает, что имеющиеся формы свободы определяются предположениями проектировщиков системы относительно участников организации и желаемых условий. Однако наше объяснение, касающееся того, как можно запланировать свободу, вовсе не исключает существования внутреннего “я”, наделенного чувствами, способностями и даже моральной неустойчивостью. Поведение такого внутреннего “я” управляется так называемыми “внутренними состояниями” и автономной волей. Скиннер же отрицает суще ствование подобного внутреннего “я”,

Теория планирования Бира
       Бир представил свои наброски в форме “обобщенного тезиса”, приложимого ко всем системам современного мира. При этом системы различаются им не по предметному признаку, а лишь по уровню сложности. Для того чтобы рационально оперировать в рамках концепции сложности, мы создаем организацию (которая уменьшает энтропию) и призываем Науку к выполнению следующих функций:
       1. Измерять сложность и оперировать этим понятием спривлечением средств математики.
       2. Проектировать сложные системы с помощью ОТС.
       3. Создавать жизнеспособные формы организации, применяя средства кибернетики.
       4. Строить рациональные эффективные методы моделирования систем, включающих человека, используя науку о поведении.
       5. Практически применять все полученные знания с помощью теории исследования операций [40].
       Бир призывает к коренным изменениям стереотипов многих используемых сейчас решений. Мы должны заменить понятие Homo Faber (человек — создатель, творец) понятием Homo Gubernator (человек — рулевой, управляющий большими сложными интерактивными системами). Поддержка и оправдание лишь эволюционных изменений в социальных системах уже не дает нужного эффекта. “Нам нужны структурные изменения, которые уже по своей природе являются революционными” [41]. Необходимо внедрение в практику управляющих систем реального времени на общенациональном: уровне, систем, включающих гомеостаты, обратные связи и сети связи, которые смогут осуществлять “кибернетический анализ реальных систем любого уровня” [42].
       Намерения и цели Бира могут быть обоснованы следующим образом.
       1. В настоящее время общественные системы и институты испытывают мощное влияние внешних воздействий и находятсяв постоянном движении. Они редко пребывают в состоянии равновесия, часто выходят из устойчивого состояния. Время, требуемое для достижения ими нового устойчивого состояния (время релаксации), становится больше, чем интервал времени между двумя последовательными внешними воздействиями. Следовательно, системы уже не могут успешно справляться спотоком изменений, что ставит под вопрос их жизнеспособность.
       2. Системы должны быть переструктурированы с целью улучшения их “живучести”. Данный термин был введен в предыдущей главе и связан со способностью системы восстанавливать свои характеристики по окончании действия внешних возмущений. Время релаксации системы должно быть меньше, чем средний интервал времени между последовательными внешними возмущениями. В этом случае система успевает восстановить свое устойчивое состояние равновесия.
       3. Понятие гомеостаза связано со способностью организма поддерживать свои важнейшие параметры в некоторых рамках, определяемых особенностями организма [43]. Эшби ввел термин “гомеостат” [44], что означает основной механизм управления, позволяющий установить и поддерживать нужный тип управления. При рассмотрении промышленной фирмы или организации “в пространстве стратегий должны быть определены точки, отражающие гомеостатически устойчивые состояния системы, т.е. состояния, находясь в которых система обладает максимальной живучестью” [45]. Все это далеко не просто сделать, принимая во внимание тот факт, что само равновесное состояние системы может изменяться с течением времени. Данное явление, описанное в гл.18, было вызвано гомеокинезом.) Подстраивание под такие изменения, или адаптация, есть не что иное, как процесс проверки живучести системы в разных условиях. Возможность реализации данного процесса зависитот способности системы удерживать “величину и скорость происходящих изменений в допустимых пределах, определяемых собственной структурой системы” [46].
       4. На кибернетическое промышленное предприятие и на кибернетическую организацию можно смотреть как на “иерархию руководства” — “инфраструктуру” уровней управления, состоящую из отдельных управляющих систем, которые руководят системами ниже лежащего уровня и управляются системами вышестоящего уровня [47]. Вир выделяет следующие пять уровней управления, присутствующих в общей системе управления промышленного предприятия (см. рис. 19.2):


Рис. 19.2. Управление кибернетическим промышленным предприятием [47], (Используется с разрешения.)

       1. Разделенное управление, при котором деятельность подразделений запрограммирована, а необходимые ресурсы распределены заранее.
       2. Общее управление, направленное на достижение взаимосвязи подразделений и сбалансированности их деятельности.
       3. Внутренний гомеостаз, обеспечивающий реализацию общей стратегии поведения предприятия как целого.
       4. Внешний гомеостаз, при помощи которого предприятие связано с внешней средой, другими предприятиями, с экономикой в целом и т.д. Здесьопределяется стратегия поведения предприятия исходя из внешних условий.
       5. Прогнозирование, при котором “намечают новые стратегии и проверяют их на моделях возможных в будущем условий” [48].

       5. Идеи о такой системе пятиуровневого руководства возникли у Вира при изучении нейрофизиологии, или физиологии мозга. Структуру отношений изоморфизма между мозгом человека и промышленным предприятием легко понять, если сравнить ступени управления деятельностью человека с приведенной здесь системой организационного управления. Модели каждой конкретной системы свойственны черты общесистемной модели в том смысле, как понимает данный термин Миллер [49]. Хотя каждая система и каждый уровень уникальны, “существует важная формальная общность между уровнями... которая может быть оценена количественно и наличие которой подтверждается экспериментально” [50].
       Теория планирования Бира была разработана и применена как на уровне предприятия, так и на уровне страны в целом. Для последнего случая Бир разработал модель Cyberstride (“скачок на основе кибернетического подхода”), примененную затем в сфере управления экономикой Чили во время правления президента Альенде [51].
       Подход Бира приближается к эмпирическим подходам прикладной общей теории систем и современной теории проектирования систем. Читателю рекомендуется попытаться развить идеи Бира, для чего следует ознакомиться с рядом его публцкаций, в которых кибернетические системы предлагается рассматривать рекурсивно. Опасения, связанные с голословными утверждениями об имеющемся якобы пагубном влиянии кибернетического управления Бира на проявления феномена свободы, будут обсуждены ниже. Собственно теория управления Бира рассматривалась в гл.18.

Технологическая оценка как процесс планирования
       Концепция технологической оценки была выдвинута как подход к анализу социальных последствий технологических изменений. Такой подход является правомерным методом планирования и направлен на

       1) оценку технологического прогресса, т.е. на оценку как выгод, так иотрицательных побочных эффектов использования тех или иных технологий;
       2) анализ социотехнических систем, позволяющих учесть как общественные, так и личные интересы в той мере, в какой они затрагиваются привнедрении новой технологии;
       3) анализ социального влияния, посредством которого описывается и точно отмечается влияние в целом технологии на общество;
       4) оценку возможных технологических вариантов;
       5) изучение будущих технологий, что называется технологическим прогнозированием;
       6) управление и руководство технологией, что в свою очередь включает:
       а) определение потребности в проведении научно-исследовательских работ в целях создания новых технологий, соответствующих современным целям общества;
       б) отбор новых технологий, создаваемых на основе современных достижений науки и техники;
       в) смягчение отрицательных воздействий, вызванных существующими технологиями, и управление такими воздействиями [52].

       Янч уже отмечал, что система природа — человек — общество — технология может быть разделена на шесть “биполярных” систем. Такие системы позволяют одновременно рассматривать взаимодействие двух из четырех основных элементов исходной системы. Приведем примеры биполярных систем, содержащих элемент “технология”:

природа — технология
человек — технология
общество — технология

       и систем, не включающих этого элемента:

природа — человек
человек — общество
природа — общество

       И наконец, экологическая система является метасистемой, или системой “высшего уровня абстракции”, в рамках которой можно оценить и изучить все другие системы и их комбинации [53]. Такое деление создает концептуальную основу для
       — оценки “функции, выполняемой технологией в данных подсистемах”;
       — сравнения вклада различных технологий в эти функции;
       — применения “нормативного мышления к исследованию функций, обусловленных технологией (потребности, воздействия,побочные эффекты и т.д.)... и их влияния на систему ценностей человека” [54].
       При замене элемента “природа” элементом “окружающая среда” учитываются четыре элемента: технология, общество, окружающая среда, индивидуум. Дальнейшее уточнение модели приводит к рассмотрению шести элементов: технологии, экономики, общества, индивидуума, окружающей среды, ценности и общественного содержания процесса формирования решения [55]. Согласно Гетмену, в технологической оценке как в процессе планирования можно выделить
       1. Познавательный подход. На этом пути реальное технологическое знание получается путем соединения логических, физических, технических, технологических и социотехнических возможностей. Считается, что данный подход был предложенСколимовским [56]. Термин “познавательный” связан с выяснением истинности знания: “Основные проблемы истины в наукесконцентрированы вокруг описания реальности в существующихтеориях. Проблемы истины в технологии сконцентрированы вокруг понятия возможности в техническом смысле” [57].
       2. Проблемный подход. Предложен Штрассером [58] и направлен на определение издержек и прибылей, соответствующих данной программе (рис. 19.3).


Рис. 19.3. Проблемный подход к технологической оценке. Заимствовано из работы Hetman F., Society and the Assessment of Technology, © 1973, Paris, OECD. (Используется с разрешения.)

       3. Институционный подход. Развит Бэрэмом [59] и делает упор на те элементы системы, которые ответственны за “рациональное планирование и формирование решений” и играют заметную роль при внедрении научных и технологических достижений.
       4. Целевой подход. В его рамках исследуются:
       а) технологическая полезность;
       б) социальная релевантность;
       в) приемлемость технологических решений и их последствий с политической точки зрения (рис. 19.4).


Рис. 19.4. Целевой подход к технологической оценке. Заимствовано из работы Hetman F., Society and the Assessment of Technology, Paris, OEGD, 1973. (Используется с разрешения.)

       В 1972 г. конгресс США принял закон о создании Управления по технологической оценке. Данная организация призвана обеспечивать членов конгресса информацией, позволяющей более эффективно рассматривать законопроекты, затрагивающие в той или иной степени технологические аспекты. Во время моей работы над книгой Управление по технологической оценке лишь организовывалось но уже велись исследования по использова нию ресурсов океана, солнечной энергии, в области здравоохранения и т.д. Принятие в 1969 г. Закона о национальной политике в области охраны окружающей среды также можно рассматривать как попытку узаконить проведение исследований возможных влияний реализации технических проектов на качество окружающей среды еще до одобрения этих проектов и до начала их реализации. “Главное ограничение эффективности всякого рода отчетов и заявлений относительно воздействий, оказываемых на внешнюю среду, и относительно технологической оценки состоит в том, что такие отчеты и заявления являются не законами, а лишь рекомендациями. В связи с этим они могут быть как действительно использованы, так и превратно истолкованы или вообще отвергнуты” [60]. Внедрению в практику технологической оценки, технологического прогнозирования или любой иной подобной теории планирования противятся те, кто апологетизирует стихийные силы рынка в конкурентной экономике. Таким образом, приходится бороться с мнением о недопустимости вмешательства человека и созданных человеком теорий в функционирование экономических механизмов [61]. Апологеты стихийности в экономике также считают, что свобода и планирование являются несовместимыми понятиями,

Планирование и свобода
       В работе [62] автор рассмотрел формы свободы, существующие в четырех современных системах планирования. Благоприятные возможности и преграды, усиливающие свободу или препятствующие ее существованию, зависят от предположений, сделанных лицом, которое осуществляет планирование,— планировщиком, а также от условий, превалирующих в реальной системе. Различные комбинации триады “предположения—условия— благоприятные возможности” порождают и различные формы свободы.
       Предположения, имеющиеся у планировщика, могут относиться к его представлению о роли человека и различных общественных институтов в формировании окружающей среды. Представления о роли человека могут быть оптимистичными или пессимистичными в зависимости от способности человека управлять своими внутренними побуждениями и от внешних условий. В табл. 19.2 приведены системы ценностей для разных исторических периодов Древней Греции [63].

Таблица 19.2. Представления о человеческой личности и условия, существовавшие в Древней Греции для двух исторических периодов

V в. до н.э. IV в. до н.э.
Представления о личности
Оптимистические Пессимистические
Бескорыстность Эгоистичность
Высокие моральные качества Проявление низменных стремлений
Разумные действия и суждения Беспочвенные утверждения
Заинтересованность в самосовершенствовании личности Личность должна быть подчинена внешнему контролю и управлению
Существующие условия как с снова для проявления свободы
Равенство и права Неравенство
Полное и равное участие в общественной жизни Ограниченное участие, определяемое способностями и компетентностью
Вера в возможности личности, в ее свободное развитие Сдержанность и обязательность не считаются достаточными качествами человека, гарантирующими от проявления слабости характера
Добровольное подчинение личности интересам общества Подчинение личности интересам общества обязательно и необходимо ради блага общества
Самоопределение: если обстоятельства того требуют, личность подчиняется законам общества, но свободно определяет свою судьбу Человек преследует эгоистические интересы: действия человека (свобода) должны быть подчинены ограни чениям, накладываемым исходя из интересов общества

       Во времена Перикла и Сократа (V в. до н.э.) преобладал оптимистический взгляд на личность. Считалось, что люди в основном имеют высокие моральные качества, обладают здравым смыслом и стремятся к самосовершенствованию. Во времена Платона и Аристотеля (IV в. до н.э.) был распространен пессимистический взгляд на личность. Человек считался по своей природе эгоистичным, низменным, лживым. Управлять им можно лишь с помощью внешних мер принуждения. Такие два диаметрально противоположных взгляда на человека приводят и к различным концепциям свободы. При оптимистическом взгляде существуют равенство, реальные права, вера в возможности личности, самоопределение. Пессимистический взгляд влечет неравенство и ограничение участия личности в общественной жизни; поведение человека необходимо контролировать с целью подавления его эгоистических тенденций.

Условия, существующие в системе планирования
       Условия, существующие в системе, для которой проектируется та или иная форма свободы, можно классифицировать по следующим одиннадцати свойствам или критериям:
       1) рациональность — выражает роль рассуждений и споров в системе планирования;
       2) равенство — характеризует распределение благ среди членов системы;
       3) эксперты и элита — их влияние находится в прямой зависимости от степени неравенства, свойственного системе;
       4) участие — устанавливает степень, в которой личность может оказывать заметное влияние на дела общества;
       5) изменчивость — показывает отношение к сохранению социальных установок, входящих в систему ценностей планировщика;
       6) управление — доступно ли оно всем членам общества,элите или какой-либо группе, зависит от степени, в которойравенство является основой механизма распределения;
       7) чувствительность системы — показывает, что потребности участников системы влияют на последнюю;
       8) конфликты — дают представление о способе разрешения споров и согласования различных мнений;
       9) технология — отображает конкретные формы искусственных систем, орудий труда, инструментов, методологий, возможностей, с помощью которых организуется жизнь человека;
       10) этика системы — показывает соотношение “конечных благ” и интересов отдельного гражданина и государства в целом. Природа “конечного блага” зависит от системы ценностей личности, интересов государства или влияния отдельной группы:
       11) оптимум системы — максимальное значение целевой функции системы. Для достижения оптимума в системе может быть организован процесс децентрализованного регулирования, в котором все системы формируют решения отдельно и каждая из них обеспечивает свой вклад в результаты всей системы в целом. Понятие процесса децентрализованного регулирования взято из экономики, где централизация и децентрализация описываются в терминах механизма распределения. Данный механизм оптимизирует благосостояние системы и балансирует благосостояния подсистем по отношению друг к другу. В рассматриваемых моделях планирования оптимум достигается либо путем принятия официальными лицами централизованных решений, либо путем учета влияния отдельных общественных группировок. Описание оптимума системы включает определение места приложения управления средствами (технологией) и результатами (целями).
       Четыре системы планирования, для которых упомянутые предположения, условия, благоприятствующие возможности и препятствия достаточно изучены, приводят к следующим моделям: 1) либеральной, 2) консервативной, 3) с определенными правилами деловых операций, 4) социалистической.
       Изучение данных моделей является интересным приложением цикла “очевидная реальность — миропонимание — система познания — истина”, описанного в гл.4. Напомним, что данная система показывает, как, отправляясь от одних и тех же очевидных фактов реального мира, планировщики могут сформировать различные стратегии в зависимости от своего миропонимания. Миропонимание подразумевает определенный склад ума, который формируется предположениями, ценностями и стилем познания.
       Исследование моделей позволило сделать следующие выводы:
       1. Формы свободы можно планировать.
       2. Как и ожидалось, предположения планировщика и условия, существующие в четырех системах, приводят к четырем различным взглядам на то, где искать рациональный уровень всвободе планирования. Каждая система предлагает свое собственное понимание данного феномена. Что же касается планировщиков, то, по их мнению, свобода существует в каждой из четырех вышеупомянутых систем.
       3. Нет никакого принципиального противоречия между планированием и свободой. Усиление роли планирования несвязано обязательно с уменьшением степени свободы. Скорееразличные типы планирования приведут к различным типамсвободы. Следовательно, споры о том, какая из систем обеспечивает большую или меньшую степень свободы, не могут быть разрешены [в рамках формальных рассуждений, без исследования базовых социальных аспектов. — Перев.].
       4. Каждая система может обосновать тип свободы, существующий в ней, в терминах согласия между предположениями разработчиков системы и убеждениями тех, кому система предназначена. Каждая система может потребовать совместимости между системой ценности своих учредителей и условиями, превалирующими в системе [64].
       Некоторые из этих выводов противоречат взглядам Грабова, Хескина и др., которые считают, что “даже если современное планирование и может чего-то достичь, все же оно несовместимо со свободой человека” [65]. Исходя из классификации автора, данное утверждение необходимо модифицировать с тем, чтобы учесть условия, существующие в системе планирования, и предположения планировщика. Форма, принимаемая феноменом свободы, зависит от условий, превалирующих в системе планирования, и от предположений, имеющихся у ее создателей. Совместимость же или несовместимость свободы с планированием зависит от согласованности предположений и ценностей наблюдателя и планировщика. Следовательно, форма, которую примет свобода, находится в руках тех, кто может влиять на миропонимание планировщиков. Необходимо специально отметить, что “форма, принимаемая свободой”, зависит также и от той степени, в которой каждый индивидуум может участвовать в процессе планирования как планировщик.

Другие взгляды на процесс планирования
       Грабов и Хескин считают, что современное планирование обладает следующими чертами:

       1. Элитарностью. Планирование осуществляется небольшим количеством компетентных лиц
       2. Централизацией. Современное планирование требует управления всемивидами деятельности, что ведет к централизации. Для надежного прогнозирования необходимо полно учитывать возможные социальные изменения.
       3. Сопротивлением изменениям. Непредсказуемые изменения неуправляемы и являются нежелательными [65].

       Призыв этих ученых к созданию “радикальной” концепции планирования, которая исходила бы из “главенствующей роли изменений, приводящих к децентрализации общества, процесса его развития, его этических норм”, эквивалентен призыву к изменению предположений планировщика и условий, существующих в системах планирования, соответствующих вышеупомянутой таксономии. Выбор единства или анархии, централизации или децентрализации, автоматизма или творчества, рациональности или иррациональности, сотрудничества или конкуренции и т.д. является вопросом выбора своей позиции в спектре возможностей по каждому измерению, определяющему систему планирования [66]. Выбор таких позиций является прерогативой потребителей, или заказчиков системы планирования, но лишь в том случае, когда они располагают средствами влияния на планировщиков и возможностями формирования их миропонимания (рис. 19.5).

Анархия Единство
Поверхностные знания Умелое обращение
Децентрализация Централизация
Хаос Управление
Творчество Автоматизм
Субъективность Объективность
Иррациональность Рациональность
Антитезис Тезис
Сотрудничество Конкуренция
Риск "Максимальное равновесие"
Неопределенность "Минимальное неравновесие"
Судьба История
Диалектика Равновесие

       Рис. 19.5. Крайние точки спектра некоторых решений, которые могут быть приняты участниками процесса планирования. Заимствовано из работы Grabow S., Heskin A., Foundations of a Radical Concept of Planning, Journal of the American Institute of Planners. 39, 2, 110—111 (March 1973). (С разрешения Journal of the American Institute of Planners.)
       Блэкберн проанализировал связь между планированием и свободой в модели, в которой он попытался олицетворить феномен свободы в обществе [67]. Он постулировал, что свобода “есть мера доступности для индивидуума всей совокупности возможностей”1){Определение свободы индивидуума без учета его принадлежности к классу (в классовом обществе) является фиктивным, лишенным смысла. — Прим. ред.}. Индивидуум “свободен”, когда ему доступно большое число вариантов и “не свободен”, когда доступ ограничен (малое число вариантов). Понятие “большое число” (“малое число”) не требуется определять более точно, поскольку мы рассматриваем лишь степень, в которой доступ к вариантам упрощается или преграждается. Таким образом, нас интересует лишь качественная сторона наличия благоприятствующих возможностей или преград на пути реализации конкретной формы свободы.


Рис. 19.6 Необходимые и достаточные ограничения, налагаемые обществом для поддержания системы в рамках границ живучести (сравните с рис. 18.5).

       Свобода в основном подвержена влиянию ограничений, имеющих форму законов. Ограничения могут также быть результатом приверженности определенным нормам и традициям. Общественное мнение также оказывает здесь свое влияние. Ограничения, налагаемые обществом, мы обозначим Rs. Их целью является ограничение доступа всех членов общества к определенным вариантам действий. Из графика, представленного на рис. 19.6, можно видеть, что имеются минимальное значение Rs, когда управление со стороны общества отсутствует, и максимальное значение — на другом краю спектра,— когда управление слишком жесткое.
       1. Не существует никакого организованного общества вне каких-либо форм управления своими членами. Таким образом,общество с величиной Rs=0 не жизнеспособно.
       2. В случае максимальной величины Rs деятельность каждого индивидуума была бы всесторонне регламентирована, следовательно, общая мера свободы TF имела бы нулевое значениеи общество не могло бы существовать. Отдавая должное Блэкберну, необходимо сказать, что его модель учитывает иной тип ограничений — ограничения, налагаемые индивидуумами друг на друга [68].
       3. В данной модели цель планирования состоит в удержании общества на плато, где величина Rs постоянна, т.е. ограничения, налагаемые обществом, неизменны. Количество вводимых ограничений должно быть таким, чтобы обеспечить лишь минимально необходимое руководство поведением человека. Это количество соответствует нижней границе планирования В1. Верхней же границе В2 соответствует максимально возможное управление, которое может быть введено без риска ограничить доступ к вариантам до уровня, недостаточного, по мнению общества, для своего нормального функционирования. Итак, В1 и В2 могут быть названы необходимой и достаточной границами соответственно, т.е. они показывают необходимую и достаточную величины управления, которые должны быть учтены при планировании для обеспечения нормального функционирования системы. В ограниченной ими области колебания системы если и имеют место, то находятся в допустимых рамках. Величина и вид обратной связи, используемой для реализации управления, определяют три различные области, свойства которых указаны в табл. 19.3. Более подробно вопросы, связанные с управлением и обратной связью в системах, рассматривались в предыдущей главе.

Таблица 19.3. Величина управления, обратная связь и условия устойчивости в трех областях социального планирования

  Область I Область 2 Область 3
Величина управления Недостаточная Необходимая и достаточная Чрезмерная
Ограничения, налагаемые обществом, Rs Минимизируются Постоянны Максимизируются
Обратная связь Положительная Отрицательная Положительная
Устойчивость состояния Неустойчивое Жизнеспособное равновесие Неустойчивое

Свобода в кибернетической системе
       Согласно Виру, чью теорию планирования мы рассмотрели выше, мера планирования и мера свободы, закладываемые в систему, обусловливаются кибернетической точкой зрения на систему. Разработка вопросов, связанных со свободой, является не столько нравственной проблемой, сколько проблемой жизнеспособности или живучести системы [69]. Таким образом, если свободы слишком много, система разрушится из-за недостаточного управления ею. Такое положение ведет систему к гибели, т.е. к переходу ее в состояние с максимальной энтропией. В случае же излишнего управления система утратит способность к адаптации. Итак, проектировщик системы стоит перед необходимостью вычисления (т.е. планирования) меры свободы, которая согласуется с требованием выживаемости системы и с целями, поставленными перед системой обществом [70].
       Говоря словами Бира, “степень автономности, степень централизации управления являются функциями жизнеспособности... Разделяя уровни рекурсии (т.е. обратную связь) и сохраняя свободу для каждого независимо проектируемого гомеостата (т.е. уровня управления), можно достигнуть совместимости максимума автономности и эффективной организации” [71].
       Планирование здесь состоит в исследовании возможных в будущем последствий наших сегодняшних действий. Свобода предполагает возможность выборов пути будущего развития. “Наука об эффективной организации... называемая кибернетикой, идет рука об руку с науками, имеющими дело с понятием свободы” [72].

Заключение
       Обзор различных теорий планирования показывает, что планирование является составной частью процесса проектирования систем, которому по существу и посвящена данная книга. Рассмотренная общесистемная теория планирования охватывает собственно планирование и его непосредственное окружение как части единой экосистемы — системы высшего уровня общности. Данная теория связана с теориями, которые интерпретируют планирование с позиций эволюции, науки о поведении, кибернетики и технологической оценки. В заключение мы можем сделать вывод, что планирование и свобода являются вполне совместимыми, не противоречащими друг другу понятиями.

ЛИТЕРАТУРА
       1. Friedmann J.. Hudson В., Knowledge and Action: A Guide to PlanningTheory, Journal of the American Institute of Planners, 40, 1, 2—16 (January1974).
       2. Там же, с.2.
       3. Mannheim К., Man and Society in an Age Reconstruction, Harcourt Brace Jovanovich, New York, 1949.
       4. Von Hayek F.A., The Road to Serfdom, Routledge and Kegan Paul, London, 1944,
       5. Popper К.R., The Open Society and Its Enemies, Routledge and KeganPaul, London, 1945.
       6. Dahl R A., Lindblom D. E., Politics, Economics and Welfare, Harper and Row, New York, 1953.
       7. См. гл. 6, 13 и 14 данной книги.
       8. Ackoff R.L., Redesigning the Future, Wiley, New York, 1974.
       9. Friedman J., Hudson В., см. п.1, с.7. Данные авторы рассматривают работу Эциони: Etzioni A., Toward A Theory of Societal Guidance, Heidt S., Etzioni A. (eds.), A New Approach to Social Problems, Crowell, New York, 1969, p. 7—31. По этому вопросу см. также Etzioni A., The Active Society: A Theory of Soceity and Political Processes, The Free Press, New York, 1968.
       10. Там же.
       11. Rice A.K. Productivity and Social Organization: The Ahmedabad Experiment, Tavistock, London, 1958.
       12. Emery F.E., Trist E. L., Socio-Technical Systems, in Churchman C. W.,Verhulst M. (eds.), Management Sciences, Models and Techniques, Perga-mon Press, Elmsford, New York, 1960, pp. 83—97; Emery F. E., Trist E. L.,Socio-Technical Systems, in Frank E.(ed.), Organization Structuring,McGraw-Hill, New York, 1971, ch. 4.
       13. Friedmann J., Retracking America: A Theory of Transactive Planning,Doubleday, Garden City, New York, 1973.
       14. Kalba K., Postindustrial Planning: A Review Forward, Journal of the American Institute of Planners, 40, 3 (May 1974).
       15. Bell D., The Coming of Post-Industrial Society, Basic Books, New York,1973.
       16. Jantsch E., Forecasting and the Systems Approach, Management Science, 19,12, 1355—1367 (August 1973).
       17. Ackoff R.L., Redesigning the Future, Wiley, New York, 1974.
       18. “Путаница и беспорядок” в трактовке Акоффа — это “набор подлежащих решению задач”.
       19. См. п.17, с.22-29,
       20. Beer S., The World We Menage, Behavioral Science, 18, 3, 198—209 (May1973); Beer S., Platform for Change, Wiley, New York, 1975, pp. 399—416.
       21. Dror H., Yohezkel I., Design for Policy Sciences, Elsevier, Amsterdam,1971.
       22. Bennis W.G, Organization Development: Its Nature, Origins and Prospects, Addison-Wesley, Reading, Mass., 1969.
       23. Friedman J, Hudson В., см. п.1, с.11.
       24. Grabow S., Heskin A., Foundations for a Radical Concept of Planning,Journal of the American Institute of Planners, 39, 2, 106—114 (March 1973).
       25. Ozbekhan H., Towards a General Theory of Planning, in Jantsch E. (ed.),Perspectives of Planning, Organization for Economic Cooperation and Development (OECD), Paris, 1969, pp. 46—155: Ozbekhan H., Planning andHuman Action, in Weiss P. (ed.); Hierarchically Organized Systems inTheory and Practice, Hefner, New York, 1971, pp. 123—230.
       26. Ozbekhan H., Towards a General Theory of Planning, См. п.25, с.95.
       27. Определение, приписываемое Чёрчмену Янчем в его работе Synopsis of Papers and Discussions, in Perspective of Planning, OECD, Paris, p.29.
       28. Ozbekhan H., Towards a General Theory of Planning, см. п.25, с. 112,
       29. Там же, с.76.
       30. Там же, с.154.
       31. См. гл. 1 и 13 данной книги.
       32. Ozbekhan H., см. п.25, с.152.
       33. См. гл.7 данной книги.
       34. Ozbekhan H., см. п.25, с.91.
       35. Там же, с.146. Ozbekhan Н., the Predicament of Mankind, in Churchman C. W., Mason R. 0. (eds.), World Modeling: A Dialogue, Elsevier,New York, 1976, pp. 11—25.
       36. Ackoff R.L., Institutional Functions and Societal Needs, Perspectives of Planning, OECD, Paris, 1969, pp. 495—500; см. также Ackoff R.L., Emery F. E., On Ideal Seeking Systems, General Systems, 17, 17—24(1972); Ackoff R. L, Emery F. E., On Purposeful Systems, Aldine, Chicago, 1972.
       37. Laszlo E., The Systems View of the World, Braziller, New York, 1972,pp. 49—75.
       38. Если не оговорено специально, цитируется по работе Skinner В. F., Beyond Dignity and Freedom, Bantam Books, New York, 1971.
       39. Skinner B.F., Answers to My Critics, Wheeler H. (ed.) Beyond the Punitive Society, Freeman, San Francisco, 1973, pp. 256—266. Все последующие цитаты в разделе взяты из данной работы.
       40. Beer S., Platfoim for Change, Wiley, New York, 1975, p. 381.
       41. Там же, с.36.
       42. Там же, с.427.
       43. Beer S., Decision and Control, Wiley, New York, 1966, p. 289.
       44. Ashby W.R., Design for a Brain, Chapman and Hall, London, 1954.
       45. Beer S., Platform for change, Wiley, New York, 1975, p. 428.
       46. Там же, с.426.
       47. Beer S., The Aborting Corporate Plan: A Cybernetic Account of the Interface between Planning and Action, Jantsch E. (ed.), Perspectives in Planning, OECD, Paris, 1969, pp. 397—422; Beer S., Brain of the Firm, Herderand Herder, New York, 1972.
       48. Там же, с.412.
       49. Miller J.С, Living Systems: Basic Concepts, Behavioral Science, to, 193—237 (1965).
       50. Miller J.G., The Nature of Living Systems, Behavioral Science, 20, 6, 343 (November 1975).
       51. Beer S., Fanfare for Effective Freedom: Cybernetic Praxis in Government; Platform for Change, см. m 20, c. 421—452.
       52. Hetman F., Society and the Assessment of Technology, OECD, Paris, 1973; см. также Medford D., Environmental Harassment or Technology Assessment, Elsevier, New York, 1973.
       53. Jantsch E., Integrative Planning of Technology, Jantsch E. (ed.), Perspectives of Planning, OECD, Paris, 1969, pp. 177—200; см. также Jantsch E., Technological Planning and Social Futures, Cassell/Associated Business Programmes, London, 1972, p. 37. [Имеется перевод: Янч Э. Прогнозирование научно-технического прогресса. — М.: Прогресс, 1974.]; Jantsch E., Forecasting and Systems Approach: A Frame of Reference, Management Science, 19, 12, 1355—1367 (August 1973).
       54. Jantsch E., Integrative Planning of Technology, см. п.53, с.182.
       55. Committee on Science and Austronautics, U.S. House of Representatives, Technology, Processes of Assessment and Choice, Washington D. C, July 1969.
       56. Skolimovski H., Towards a Humanistic Technology, Research Management (September 1971).
       57. См. п.52, с.94.
       58. Strasser G., Methodology for Technology Assessment-Experience in theUnited States, OECD Seminar on Technology Assessment, 26—28, (January1972).
       59. Baram M.S., Law and the Social Control of Corporate Technology, M.I.T.Press, Cambridge, Mass, 1972.
       60. Brown G.E., Jr., Technology, Forecasting, and Assessment, IEEE Systems, Man and Cybernetics Society, Newsletter, 4, 5—6 (October — December1973), pp. 9—13.
       61. Там же, с.11.
       62. Van Gigch J.P., Planning and Freedom, Management Science, 22, 9, 949—962 (May 1976); Eilon S., Planning and Freedom Editorial; OMEGA, TheInternational Journal of Management Science, 4, 5 (1976); Van Gigch J. P.,A Management Science Approach to Planning Freedom — A Rejoinder,OMEGA, The International Journal of Management Science, 5, 1 (January1977).
       63. Pohlenz M., Freedom in Greek Life and Thought: The History of an Ideal,The Humanities Press, New York, 1966.
       64. См. п.62.
       65. Grabow S., Heskin A., Foundations of a Radical Concept of Planning, см. п.24.
       66. Я благодарен А.Хескину за советы, которыми я воспользовался при воспроизведении рис. 19.5.
       67. Blackburn J.D., Planning and Freedom, Scholl of Business and Public Administration, California State University at Sacramento, Sacramento, January 1973.
       68. Блэкберн обозначает второй тип ограничений через RI и постулирует, чтообщий объем свободы в системе является функцией двух существующихограничений. Далее Rs = min, когда RI = max и Rs = max, когда Ri = min. Итак, на обоих краях спектра TF = 0; TF максимизировано в области между B1 и В2, как и следовало из нашего обсуждения (см.рис. 19.6).
       69. Beer S., Fanfare for Effective Freedom: Cybernetic Praxis in Government,см. п.51, с.428. См. также Beer S., Designing Freedom, Wiley, New York,1974.
       70. Там же.
       71. Там же, с.442.
       72. Там же, с.445, 451.





Дата последнего изменения:
Thursday, 21-Aug-2014 09:10:56 MSK


Постоянный адрес статьи:
http://az-design.ru/Projects/AzBook/src/005/03GJ1900.shtml