Правильная ссылка на эту страницу
http://az-design.ru/Support/HardWare/Seagate/Elc198502061.shtml

Системная НГМД-память и ее создатель Ален Шугарт

Когда Алену Ф.Шугарту удалось применить гибкие диски в качестве системной памяти ЭВМ, это явилось крупной победой в борьбе за развитие и внедрение микрокомпьютеров.
       Идея превратить гибкие диски в системное запоминающее устройство для малых ЭВМ казалась в те времена стоящей. Неважно, что ЗУ на гибких магнитных дисках первоначально не предназначалось для решения системных задач — его можно было приспособить для этой цели. Используя в качестве “мозга” одну из новых моделей микропроцессоров, представлялось возможным собрать недорогую систему, которая работала бы как настоящий компьютер. А разработчик такой системы оказался бы у самых истоков новой отрасли вычислительной техники.
       События подтвердили, что мысль эта и впрямь была стоящей. Накопитель на гибких дисках стал неотъемлемым элементом при разработке малых компьютеров, которые, возможно, окажутся наиболее социально значимыми атрибутами технического прогресса со времен создания автомобиля. Но что-то сорвалось: в 1974г. спустя полтора года после организации фирмы Shugart Associates (Саннивейл, шт.Калифорния), создававшейся с целью довести ЗУ на гибких дисках до массового потребителя, основатель этой фирмы Ален Ф.Шугарт оказался в списке безработных.
       Его друзья говорят, что Шугарт проиграл сражение, разыгравшееся внутри его компании. По иронии судьбы, хотя Шугарт завоевал широкую известность как “архитектор” промышленного производства гибких дисков, он потерпел поражение, так как хотел разработать не просто ЗУ на гибких дисках, а законченную небольшую конторскую систему. Прежние же его сторонники желали сосредоточить усилия на одних только гибких дисках. Их позиция взяла верх, и Shugart Associates продолжила свою линию, рассчитанную на превращение этой фирмы в успешно действующее предприятие по производству ЗУ на гибких дисках, а Шугарту досталась роль стороннего наблюдателя.
       Это произошло 10 лет назад. Как и предвидел Шугарт, гибкие диски действительно оказались необходимой составной частью малой вычислительной системы — той самой, которая способствовала формированию новой промышленной отрасли. И как потом выяснилось, в этой отрасли нашлось в конечном итоге достаточно простора для Эла Шугарта.
       По мере того как малая ЭВМ “подрастала”, ей требовалось все больше и больше памяти, и настал момент, когда гибкие диски достигли предела своих возможностей. Это предоставила Шугарту новый шанс проявить себя. Он вернулся к делам, основав фирму Seagate Technology (Скотс-Валли, шт.Калифорния), и проделал в отношении жестких дисков то, что другие в конечном счете сделали с гибкими,— превратил это ЗУ в изделие массового производства.
       Создание фирмы Seagate Technology — эта самое последнее достижение Шугарта из числящихся на его счету за более чем 30-летнюю плодотворную деятельность в области разработки запоминающих устройств на магнитных носителях. (Трудности с фирмой Shugart Associates, как выяснилось позже, были лишь незначительным временным сбоем.)
       Те, с кем Шугарт в свое время трудился бок о бок, ныне заполонили Кремниевую долину, открыв там десятки промышленных предприятий, использующих самые современные методы записи данных и технологию производства средств вычислительной техники. Коллеги называют Шугарта выдающимся руководителем, способным направлять и координировать работу других, и считают, что ему принадлежала ведущая роль в деле разработки недорогих запоминающих устройств большой емкости.
       “Без Эла не существовало бы гибких дисков фирмы IBM. He было бы ни дешевых системных ЗУ на магнитных дисках, ни персонального компьютера”,— говорит Доналд Массаро, его бывший сослуживец, который теперь является президентом фирмы Metaphor Corp. (Маунтин-Вью, шт.Калифорния).
       За выдающуюся роль в разработке малогабаритных дисковых накопителей и влияние, оказанное этой разработкой на отрасль, занятую” производством средств вычислительной техники, и электронную промышленность в целом, журнал ElectronicsWeek избрал кандидатуру Алена Шугарта для присуждения ему ежегодной премии “За достижения”.
       Шугарт (по его собственной оценке — рядовой инженер, но превосходный “дирижер оркестра”) был непосредственным участником всех этапов разработки дисковых накопителей, за исключением того, который возглавила компания, до сих пор носящая его имя. Пока в Shugart Associates происходил расцвет техники гибких дисков, Шугарт, уволенный из основанной им и названной в его честь компании, занимался рыбной ловлей.
       В те годы Шугарт, по всей вероятности, разбирался в гибких дисках не меньше любого другого специалиста, поскольку он руководил в фирме IBM Corp. (Сан-Хосе, шт.Калифорния) всеми разработками в области дисковых накопителей как раз в тот самый момент, когда там изобрели гибкие диски. К тому времени он уже имел опыт проектирования первого накопителя на жестких дисках, легендарного устройства Ramac — огромной многодисковой системы, головка которой вдвигалась внутрь пакета дисков и выдвигалась из него, словно тонарм музыкального автомата — из тех, что можно увидеть в кафе.
       “Мы задумали сконструировать устройство для загрузки программ в Систему 370,— вспоминает Шугарт.— Эта ЭВМ была первой, которой понадобилось подобное устройство. Полупроводниковые приборы достигли того уровня в своем развитии, когда благодаря дешевизне их уже можно было использовать для запоминающих устройств. Но при каждом отключении питания такого ЗУ происходила потеря всех записанных в нем данных. Управляющую память приходилось всякий раз загружать заново”.
       Часть специалистов в IBM считала, что нужно использовать магнитную ленту. Однако руководитель проекта Дэвид Нелсон задумал решить эту проблему путем применения сменных гибких дисков. Как говорит Шугарт, для воплощения указанной идеи в жизнь пришлось реализовать несколько новаторских решений, в частности заключить диск в “конверт”, однако в конце концов Нелсон своего добился. (Нелсон, по словам, Шугарта, так и не получил того признания, которого он, безусловно, заслуживает как изобретатель гибкого диска.)
       В 1969г., когда Шугарта перевели с повышением, но на менее интересную для него работу, он перебрался из IBM в фирму Memorex Corp. (Санта-Клара, шт.Калифорния), где занял пост вице-президента по разработке изделий. Он увел за собой более ста инженеров и организовал новую фирму, которой предстояло заняться разработкой и производством дисковых накопителей, конструктивно совместимых с изделиями IBM. В кругах специалистов по дисковым ЗУ это “великое переселение” до сих пор вспоминают с благоговейным трепетом. Одна из версий этой истории, больше смахивающая на легенду, гласит, будто Шугарт сидел в ресторанчике напротив завода фирмы IBM, имея по одну руку от себя стопу бланков контрактов, которые он заключал с инженерами, а по другую — пачку акций фирмы Memorex.
       Именно эта группа приверженцев Шугарта обеспечила фирме Memorex равное место в ряду компаний, добившихся наибольших успехов в деле изготовления оборудования, совместимого с изделиями фирмы IBM. Указанная бригада специалистов создала первый из наиболее популярных накопителей, в которых использовался специально сконструированный сервопривод, что дало возможность повысить плотность записи. И как раз в том накопителе использовался гибкий диск в качестве управляющей памяти.
       Однако, как говорит Шугарт, для фирмы Memorex накопитель на гибком диске не представлялся особенно важным изделием. Никто не сумел увидеть в нем устройство ввода-вывода, которое могло бы пользоваться широким спросом на рынке средств вычислительной техники. К тому же в 1973г. компании Memorex пришлось пережить ряд финансовых затруднений, ввиду чего она вовсе не была расположена вкладывать деньги в разработку изделия для еще не существующего рынка.
       “Мы все рассчитывали, что гибкий диск станет очередным типом сменного носителя для ввода данных,— говорит Шугарт.— IBM уже объявила об одном таком изделии на западноевропейском рынке. Но мне все думалось, а не является ли гибкий диск тем самым компонентом, которого так недостает малой ЭВМ — дешевым запоминающим устройством с вращающимся носителем”.
       Хотя в то время самой малой ЭВМ еще не было и в помине, однако Марчин Хофф, работавший в фирме Intel Corp. (Санта-Клара), уже изобрел микропроцессор. Учитывая наличие полупроводниковой (оперативной) памяти, оставалось лишь добавить какой-нибудь системный НМД и устройство для документирования, чтобы можно было собрать нечто действительно новое — вычислительную машину, предназначенную для личного использования. Шугарт решил сделать такой компьютер. Подобрав дюжину лучших инженеров и специалистов по маркетингу компании Memorex и получив в свое распоряжение рисковый капитал, он основывает собственную компанию.
       С тех пор многие тысячи пользователей ЭВМ, должно быть, проклинали Шугарта, когда их НГМД отказывал в самый ответственный момент. Однако следует учесть, что, несмотря на вполне своевременное “озарение” Шугарта, гибкий диск все-таки никогда не претендовал на роль устройства основной памяти ЭВМ. Сам принцип работы НГМД — когда головка прикасается к носителю, дисковод и диск изнашиваются в результате трения конверта дискета о стенки приемного кармана накопителя и трения дискета о внутренность конверта,— все это почти неизбежно вызывает проблемы в процессе эксплуатации.
       И вообще заставить НГМД работать, как вспоминает Массаро из фирмы Metaphor, оказалось весьма нелегкой задачей: “Он причинил нам гораздо больше хлопот, чем жесткие диски. Удачи мы добились лишь благодаря Хербу Томпсону, одному из авторов, получивших основной патент на гибкие диски, и специалисту, знающему о технике записи больше, чем любой другой из известных мне инженеров”. (Томпсон в настоящее время является председателем правления расположенной в Сан-Хосе фирмы Drive-tec Inc.)
       Даже имея “врожденные дефекты”, гибкие диски явились, тем не менее важнейшим элементом при разработке малой вычислительной системы. Накопитель на жестких дисках был чересчур дорог для того, чтобы можно было использовать его в персональном компьютере. “Эл проявил большую проницательность,— говорит Томпсон.— Он хотел собрать небольшую конторскую систему, объединив процессор, НГМД и принтер. Сегодня имеются тысячи таких систем. В то время не было ни одной”.
       Первоначальный проект Шугарта, однако, оказался чересчур амбициозным. “Деньги у нас все вышли,— рассказывает он.— Многое мы делали правильно, но во многом ошибались. То был год спада в экономике. Вкладчики рискового капитала хотели, чтобы в эту фирму было вложено как можно больше денег за счет ее основателей, и одновременно пытались сделать так, чтобы в результате основатели оказались не у дел. Я считал все это бессовестным и грязным надувательством и подал на увольнение. Если бы я не ушел сам, меня бы все равно выгнали”.
       Массаро, который сменил Шугарта на посту президента компании, дополняет рассказ следующими подробностями: “Уже прошло два раунда финансирования. Когда Эл вновь обратился за ассигнованиями [в августе 1974г.], совет директоров потребовал отказаться от конторской системы и принтера. Эл не желал отступать, и они его выгнали”.
       Как бы то ни было, но Шугарту пришлось зарегистрироваться на бирже труда, а основанная им фирма продолжала двигаться по нехоженому пути в области НГМД. Позднее она отказалась от плана Шугарта создать конторскую систему, и разработка такой системы выпала на долю другим. НГМД фирмы Shugart Associates был применен в первом выпущенном варианте персонального компьютера компании Apple. Сегодня НГМД входят в состав каждого продаваемого персонального компьютера. Они оказались “крепкими” как раз настолько, чтобы служить в качестве системной памяти в период, пока велись разработки дешевых винчестерских накопителей.
       Шугарт тем временем пробовал свои силы в коммерческом рыболовстве, содержал бар, был консультантом в различных фирмах, не теряя надежд вновь вернуться в “свою” отрасль. Шанс представился благодаря Файнису Коннеру, такому же “старому зубру” из Memorex и Shugart Associates. В 1979г. Коннер высказал ему предположение, что пришло время заняться изготовлением недорогого накопителя на жестких дисках.
       “В подавляющем большинстве персональные компьютеры продавались с двумя дисководами,— говорит Шугарт.— В действительности им нужен был всего один дисковод для ввода-вывода, но требовалась память большей емкости. Мы сконструировали винчестерский НМД с точно такими же габаритами, как второй НГМД. Его емкость была в 15 раз большей, а цена — лишь в три раза выше”.
       Финансирование на этот раз велось не из обычных источников рискового капитала,— деньги дал еще один из прежних сослуживцев Шугарта, Норман Дайон, который работал под его началом в IBM и Memorex. В качестве председателя правления фирмы Dysan Corp., изготавливающей носители для записи информации, Дайон стал инициатором корпоративной программы по организации “с нуля” предприятий для проведения исследований и разработок по заказам фирмы Dysan.
       Шугарт попросил у Дайона денег на создание такого предприятия, но вместо этого с ним заключили следующее соглашение: Dysan будет вкладывать в организованную им компанию денежные средства и предоставлять в нужном количестве носители. “По существу, Dysan давала свои изделия даром. Фирма Seagate не обязана была платить за них до тех пор, пока ее изделия не поступят в широкую продажу”,— говорит Джеймс Портер, бывший коллега Шугарта по работе в Memorex, а ныне наблюдатель за сектором дисковых накопителей в периодическом информационном издании Disk/Trend.
       Вложенные тогда деньги дали хорошую прибыль. На этот раз Шугарт занимался исключительно дисковыми накопителями, и в мае 1980г. фирма Seagate объявила о выпуске в массовую продажу своего первого винчестерского НМД с дисками диаметром 133 мм. За три года ее оборот вырос до 100 млн. долл., и фирме Dysan удалось, как сообщают, продать половину своей доли акций этой компании за 41 млн. долл. (Не все капиталовложения фирмы Dysan в конечном итоге оправдали себя. В конце 1984г. то же самое сокращение рынка, которое снизило прибыли фирмы Seagate и побудило фирму Xerox Corp. из Стамфорда (шт.Коннектикут) объявить о продаже акций Shugart Corp., вынудило руководство фирмы Dysan уступить контроль над компанией Seagate корпорации Xidex Corp. из Маунтин-Вью.)
       Рост фирмы Seagate объясняется, как говорит сам Шугарт, тем фактом, что “с самого начала весь план заключался в расширении рынка. Единственным способом расширения рынка была стандартизация. Так что всякий раз, когда потенциальный конкурент поднимал голову, мы посылали ему экземпляр наших технических условий. Как только мы создали группу поставщиков, снабжавших нас электродвигателями, дисками и магнитными головками, оказалось, что людям очень легко заняться этим бизнесом. Мы думали, что для расширения рынка именно это и следует делать, и мы были эгоистичны лишь настолько, чтобы оставить за собой самую большую долю вновь образованного рынка”.
       (Хотя Шугарт сохраняет свою приверженность стандартизации, фирма Seagate Technology как крупнейший изготовитель винчестерских мини-накопителей относилась отнюдь недоброжелательно к попыткам других установить промышленные стандарты. Когда новая группа изготовителей дисковых накопителей попыталась заменить введенный фирмой Seagate стандарт на скорость обмена 5 Мбит/с для малых дисков стандартом, задающим более высокую скорость обмена, Seagate держалась в стороне. С тех пор она делала попытки установить собственный промышленный стандарт на скорость 10 Мбит/с. “Я не знаю, как решится этот вопрос, — говорит Шугарт высокомерно. — В настоящее время нас это не очень заботит”).
       Рынок действительно рос, и Портер в своем журнале Disk/Trend выражает мнение, что разработка недорогого накопителя на жестких дисках сама по себе явилась более важным событием в судьбе персонального компьютера, нежели происшедшее ранее “нашествие” гибких дисков. “Жесткие диски позволили поднять персональный компьютер до такого уровня, когда он стал действительно эффективным средством решения вычислительных задач, — говорит Портер.— Их создание сильно повлияло на всю отрасль, так как они выпускаются в огромных количествах. В этом [1985] году будет произведено несколько миллионов штук”.
       Шугарт и Коннер, по словам Портера, все делали правильно. “Это было нужное изделие, появившееся в нужное время. Они выбрали правильную стратегию — стандартизацию. Правильной была также мысль о массовом производстве для сбыта крупным заказчикам. Они не стали гнаться за необычной технологией, причем изделие оказалось пригодным для массового производства— за счет того, что они избежали создания слишком изощренной конструкции.
       Коннер был гением маркетинга. Вклад Шугарта, по словам Массаро, состоит в том, что “он — Веселый Дудочник [персонаж поэмы Роберта Браунинга]; он привлекает талантливых людей, которые готовы следовать за ним и делают невероятные вещи”.
       Невысокий, коренастый мужчина, предпочитающий одежду неофициального стиля и признающийся, что он робеет в обществе незнакомых людей, Шугарт мало напоминает героя Браунинга. Однако все говорят о нем как о человеке, работать с которым — одно удовольствие.
       “Он — незаурядный лидер в коллективе, который прекрасно находит общий язык с людьми,— говорит Портер. — Причем он вовсе не старается выдвинуться”.
       “Мой стиль — неформальное общение, — так говорит об этом сам Шугарт. — Я нанимаю хороших людей и даю им свободу действий. Если у меня и есть какой-то талант, то он состит в том, что я могу отличать хороших людей от плохих”.
       Список людей, отбираемых Шугартом, впечатляет. Томпсон вспоминает, что он видел групповое фото, на котором сняты 100 человек, перешедших с Шугартом в Memorex. Из той группы 33 человека в настоящее время являются президентами различных фирм.
       Всего за три года фирма Seagate прошла путь от начинающей компании до лидера отрасли. Но, как говорит Шугарт, конкуренция была жесткой, что привело к серьезной “эрозии цен”. “Вкладчики рискового капитала инициировали создание слишком большого числа компаний,— говорит он. — Благодаря их стараниям в отрасли нет теперь прибыли”. Как замечает Портер, прошли те дни, когда некие Файнис Коннер и Эл Шугарт могли “застолбить” участок на территории отрасли, занятой разработкой и производством НГМД.
       Когда цены на малогабаритные дисковые накопители стали падать — это произошло в 1982г., — фирма Seagate решила перебросить основную часть производства в страны Дальнего Востока, что в конце концов привело к увольнению нескольких сотен рабочих в Скотс-Валли и отказу от [использования] сборочного предприятия близ Уотсонвилла еще до того, как было закончено его строительство.
       “Наши расчеты оказались неточными, — говорит Шугарт. — В планировании строительства есть два момента — когда еще слишком рано и когда уже слишком поздно. К тому времени, когда мы получили уотеонвиллский завод, он был нам уже не нужен. Видимо, у нас в руках не было средства для управления ценами, которое нам следовало бы иметь. Или оно у нас было, но мы о том не подозревали. Мы считали, что Джуджи Тэндон [президент конкурирующей Tandon Corp., Чатсуэрт, шт.Калифорния, и бывший сотрудник по фирме Shugart Associates] не мог быть прав. Джуджи с самого первого дня предсказывал грядущее понижение цен, а мы ему ни разу не поверили. Но он всегда оказывался прав, хотя иногда забегал в своих суждениях вперед”.
       Влияние, которое оказывает зарубежное производство на американскую экономику, Шугарта не волнует. “Хотел бы я иметь время, чтобы тревожиться об этом, — говорит он. — Надеюсь, на земле есть хоть один человек, которому платят за то, чтобы он об этом беспокоился. Мое дело — гарантировать прибыльную работу моей компании. Я не знаю ни одной фирмы — изготовителя дисковых накопителей, которая работала бы в убыток”. Сохранить производство в США путем автоматизации, по его мнению, нереально, поскольку “жизненные циклы” изделий слишком коротки, чтобы оправдать капиталовложения в оборудование. “Единственное, что могло бы продлить жизненный цикл, — это устранение различий в техническом уровне изделий, а я этого не наблюдаю”, — заявляет Шугарт.
       Он считает, что совершенствование техники, вскоре приведет к тому, что жесткие диски станут достаточно дешевыми и миниатюрными, и это позволит года через два оснащать каждый продаваемый [персональный] компьютер винчестерским накопителем. Дисководы будут упрятаны внутрь корпуса компьютера, а контроллеры “растворятся” внутри дисководов.
       “Не имею понятия, какими тогда будут цены для изготовителей комплексного оборудования,— добавляет Шугарт. — Даже страшно об этом подумать”.
       Сейчас, когда фирма Seagate приобрела устойчивую репутацию, Шугарт отошел от руководства ее повседневной работой. Он живет в Пебл-Бич (шт.Калифорния) в 55 милях [88 км] от штаб-квартиры фирмы, чуть севернее живописного прибрежного района Биг-Сур и проводит в конторе в Кармеле столько времени, сколько может себе позволить.
       “Так или иначе большую часть своей работы я могу выполнять по телефону, — говорит Шугарт. — Я разговариваю с заказчиками, поставщиками, держателями акций, обозревателями, служащими других компаний, даже с журналистами. Я стремлюсь к тому, чтобы проводить два дня рабочей недели в Скотс-Валли, а три остальных — в Кармеле”.
       Шугарту еще не удалось достичь этой цели, однако он сумел сократить свое пребывание в Скотс-Валли до четырех дней в неделю, и это продолжалось вплоть до того момента, когда Коннер, с которым они вместе основали фирму Seagate внезапно подал в отставку 1 сентября 1984г. “На время мне вновь пришлось вернуться к шести дням в неделю в Скотс-Валли”,— с огорчением говорит Шугарт о периоде после ухода Коннера.
       Тем не менее Шугарта, по-видимому, не очень обескуражило это вынужденное возвращение на прежние позиции. “Во всяком случае, до сих пор ни одно из моих увольнений не имело успеха, — поясняет он. — Но если когда-нибудь, та работа, которую я делаю, станет неинтересной, то я ни за что на свете не стану ей заниматься”.

Клиффорд Барни {С.Barney. Award for Achivement, No.3, pp.40—44.}

Электроника, 1985г, No.2, стр.61
УДК 681.327.634.003






Дата последнего изменения:
Thursday, 21-Aug-2014 09:10:44 MSK


Постоянный адрес статьи:
http://az-design.ru/Support/HardWare/Seagate/Elc198502061.shtml